Перед операцией

Интенсивная дыхательная гимнастика должна была в какой-то мере увеличить и улучшить работу легких. Эта гимнастика и была назначена Римме. Все другие показатели жизнедеятельности ее организма были терпимыми и характеризовались изменениями, свойственными людям, страдающим анкилозирующим спондилоартритом. В крови было отмечено так называемое увеличение СОЭ, свидетельствующее о наличии достаточно активного воспалительного процесса в организме. СОЭ - это цифра, характеризующая в миллиметрах величину столбика эритроцитов, осевших в стеклянном капилляре в течение одного часа. У нормальных женщин Римминого возраста оно бывает равно 6-10 мм в час, у Риммы же достигала 57 мм. Мало знающие эту болезнь врачи пугаются таких высоких цифр и сплошь и рядом отказывают больным в целом ряде методов лечения, в частности, в физиотерапии и курортном.

Действительно, когда у пациентов, страдающих различными прочими заболеваниями, обнаруживаются такие высокие цифры СОЭ, эти виды лечения противопоказаны. Но у пациентов с болезнью Бехтерева высокая СОЭ - как бы норма длительно болеющего организма, которая не должна служить противопоказанием для лечения, в том числе оперативного. То же самое следует сказать в отношении почек. В анализах мочи этих пациентов почти всегда находят значительное количество белка и эритроцитов, что свидетельствует о длительно текущем хроническом воспалительном процессе в тканях почек. Разумный врач, знающий и понимающий течение болезни, также не посчитает их противопоказанием для лечения. У Риммы оба эти показателя достигали высоких цифр, что являлось «нормой» для ее состояния. Были назначены массаж туловища и ног, введение витаминов и некоторых других лекарств. А главное, происходила ее психологическая перестройка и подготовка к предстоящему лечению. Первое время она постоянно находилась в своей палате, стесняясь выходить в коридор клиники, в конференц-зал института, где для пациентов часто даются концерты и демонстрируются кинофильмы.

Ей казалось, что она одна такая на свете с искривленным и исковерканным туловищем. Постепенно эта боязнь за внешний свой вид проходила. Римма освоилась в клинике. Она стала бывать в других палатах, знакомиться с другими пациентами. Все ее удивляло, настораживало - особенно большие гипсовые корсеты, в которых находились пациенты после такой же операции, которая предстояла Римме. Шло время. Она окрепла, освоилась, стала более раскованной. Приближалось время оперативного лечения. Еще и еще раз осматривал я Римму. Еще и еще раз перепроверялись показатели жизнедеятельности ее организма. Вечером, накануне операции, Римма была спокойной и ровной. Пульс и артериальное давление не выходили за пределы нормальных для нее цифр. «Жизненная емкость» легких достигла 1950 мл. Нина не нашла в ее состоянии ничего особенного, кроме обычных возможных трудностей в процессе интубации, свойственных этой категории больных.

Утром в день операции Риммину каталку, на которой ее везли в операционную, сопровождал большой экспорт находившихся в моей клинике больных с бехтеревскими горбами. Их было одиннадцать. Римма, единственная женщина с этой патологией, была двенадцатой. Все мужчины, ее сотоварищи по беде, сочли обязательным сопровождать Римму. Смотреть на это было и приятно, и больно.